Участок дороги до Инзера (гравийки) я помню слабо, только отдельные моменты, как Тагир учил переключать скорости, используя английскую поговорку, подъем, на котором почти все шли, магазин, где не было водки, которая зачем то была нужна, пробитое колесо Тимы (нашего товарища Сухова, предводителя бабского батальона) и Милу, которая делилась с нами, новичками, своим богатым велотуристическим опытом.
Цитата Самая интересная часть пути, как предрекал нам Шамиль (Shoma), ждала нас начиная с Инзера. Настоящая грунтовка! С такими прелестями, как не пересыхающие видимо круглый год, лужи, грязь, камни. С бродом отдельная история. На вид он вроде как несерьезный и я, подхватив вел в охапку лихо бросилась штурмовать это препятствие. Не тут то было! Где то на середине, подскользнувшись на мокрых камнях, я красиво падаю в реку, вместе с верным аваланчем. Проблема, как бы не намочить ноги мигом перестала для меня существовать.. Поэтому остальные лужи я просто форсировала, не особо задумываясь об их глубине. Уже в сумерках мы добрались до знакомого до последнего камешка Айгира – неизменного места первомайской встречи всех матрасников. Усталость в связи с окончанием пути стала вполне терпимой, а когда добрая девочка Лена поделилась запасной обувью, жизнь стала и вовсе прекрасной! Все таки туристы замечательный люди, полные любви и заботы к себе подобным. Вечер продолжился установкой лагеря, приготовлением плова – здесь как всегда рулила Аня – походный мега повар. Вечер был не слишком теплый и поэтому все очень дружненько столпились у костра, мешая Ане готовить. Были вынуты скромные запасы разогревающих напитков (Аня, например, поила всех девочек бальзамом, потому что все промочили ноги и продрогли, за что ей огромное спасибо!) и тут появился он! – ходячая легенда уфабайка и не только – Вадим (Берс), правда в несколько подвыпившем состоянии. Он произнес пламенную речь о необходимости создать вело федерацию, о переводе велосипедов в официальный спорт, о заявках в вело походы и много чего еще. С ним пытались спорить, а надо ли нам это, о сложностях и опасностях становления федерации, но он был неумолим, распаляясь все сильнее! (стоит отметить, что в восприимчивой горячей душе Стаса он оставил неизгладимый след и этот день можно считать рождением федерации). Но, под эти разговоры, да и в связи с ранним подъемом и нелегким днем, все потихонечку расползлись по палаткам. Вадим тоже остыл и потребовал гитару, но ее не оказалось и было решено петь акапелло, причем не что попало, а русские народные песни, которые знали все. В процессе оказалось, что их никто не знает и как то незаметно перешли на классику авторской песни: Визбора, Кукина, Городницкого под аккомпанемент коммуникатора. Нас к тому времени незаметно осталось только четверо и началось самое веселое: я сказала к слову, что занимаюсь историческими танцами, и оказалось, что Вадим и Тагир тоже не лыком шиты и мне было предложено потанцевать у догорающего костра тур вальса.
Цитата Если кто–нибудь, когда-нибудь танцевал вальс ночью, на сильно неровной поверхности (валяющиеся поленья, например), в чужой обуви на два размера больше с подвыпившим партнером, который к тому же танцует другой вариант танца, он наверное представляет, как это весело. Причем весело не только тебе, но и всем окружающим. Мы наступали друг другу на ноги, иногда падали, точнее я пыталась, но меня подхватывали, но танцевали же! Тагир тоже пытался поучаствовать в этом действе, но его оттесняли, а Шома бегал вокруг с фотоаппаратом и дико хохотал. Вот так вот зачетно прошел вечер, точнее полночи. Часа в три все наконец разошлись по палаткам и под долгий, но интересный рассказ Шомы про встречу Нового года 2007 я потихонечку заснула. С палаткой мне повезло: спала я между двумя Шамилями и могла всю ночь загадывать желания. Я время от времени просыпалась и слушая непоняные слова под мелодию из “Собора Парижской Богоматери” думала что там творится у костра.
|
